КС не нашел нарушения прав в оспаривании соглашений бывших супругов

Конституционный суд отказался принимать к рассмотрению жалобу Веры Лущинской, которая пыталась оспорить нормы закона о банкротстве, позволяющие признавать недействительными сделки по передаче имущества между бывшими супругами.

Поводом для обращения стало дело о банкротстве ее бывшего мужа. Финансовый управляющий добился признания недействительными соглашений, по которым имущество перешло Вере Лущинской. Суды пришли к выводу, что активы были переданы формально — чтобы вывести их из-под взыскания кредиторов.

Кроме того, суды установили, что недвижимость и другое имущество приобретались за счет похищенных денежных средств. В итоге с заявительницы взыскали сумму, вырученную от продажи имущества, в конкурсную массу должника.

В жалобе в КС заявительница утверждала, что суды слишком формально применяют положения ст. 61.2 закона о банкротстве и не учитывают обстоятельства конкретного дела.

Однако Конституционный суд напомнил: институт оспаривания сделок направлен на сохранение конкурсной массы и защиту интересов кредиторов, а оценка фактических обстоятельств конкретного спора не входит в компетенцию КС.

Руководитель практики реструктуризации проблемных активов и банкротств МЭФ LEGAL Станислав Соболев отмечает, что подобные споры давно стали частью банкротной практики: «Закон о банкротстве предоставляет достаточно широкий перечень средств для возврата активов в конкурсную массу, одним из них является институт оспаривания сделок, в силу которых входят и различного рода соглашения с супругами и бывшими супругами», — подчеркивает Станислав Соболев.

По его словам, само по себе оспаривание соглашений между бывшими супругами нельзя считать чем-то необычным для дел о банкротстве. «Поэтому можно сказать, что ничего экстраординарного в деле, которое пытался оспорить заявитель в КС РФ, не было», — отмечает эксперт.

Соболев также обращает внимание, что механизм оспаривания подозрительных сделок нельзя считать исключительно формальным. «Для оспаривания сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать намерение должника причинить вред кредиторам и знание об этом обстоятельства другой стороны сделки. Поэтому состав оспаривания по ст. 61.2 Закона о банкротстве нельзя рассматривать сугубо формальным, поскольку он учитывает и субъективную сторону действий сторон сделки», — поясняет он.

«Другое дело, что в ряде случаев, в частности когда другая сторона сделки является заинтересованным лицом, намерение причинить вред и знание об этом презюмируются, а опровергнуть такие презумпции на практике бывает достаточно сложно», — резюмирует Станислав Соболев.

Читайте подробнее: PROбанкротство.