Риск последующего изъятия активов при покупке бизнеса: новый подход к предынвестиционной проверке

Особенно это касается активов с историей приватизации, стратегических предприятий, бизнеса с иностранным участием и имущества, происхождение которого может быть связано с коррупционными нарушениями.

В 2026 году появились дополнительные ориентиры для оценки такого риска. Федеральный закон от 10.06.2026 № 167-ФЗ установил предельный 10-летний срок для требований, связанных с нарушением законодательства о приватизации. Одновременно Верховный Суд РФ обобщил практику по делам об обращении имущества в доход государства по антикоррупционным основаниям, а также дал разъяснения по применению специальных экономических мер и ограничениям иностранного контроля.

Это позволяет по-новому выстроить предынвестиционную проверку (due diligence, DD): риск последующего изъятия актива следует оценивать не как абстрактную угрозу, а как совокупность конкретных юридических рисков, связанных с историей приобретения и использования имущества.

Почему недостаточно проверить только текущего собственника

Классический DD в первую очередь отвечает на вопросы о текущем состоянии бизнеса: кому принадлежат активы, есть ли обременения, споры, аресты, корпоративные ограничения и иные препятствия для сделки.

Однако при риске последующего изъятия этого может быть недостаточно.

Если потенциальная претензия государства связана с обстоятельствами, возникшими много лет назад, запись о текущем праве собственности не отвечает на главный вопрос: каким образом актив первоначально оказался в частной собственности и что происходило с ним впоследствии?

Актив мог быть:

• приватизирован;

• несколько раз перепродан;

• передан при реорганизации;

• внесен в капитал другой компании;

• преобразован в другой актив;

• приобретен за счет доходов от использования имущества с проблемным происхождением.

При этом последняя сделка может быть полностью обычной и рыночной, а текущий собственник — не иметь никакого отношения к первоначальному нарушению.

Именно поэтому при покупке бизнеса необходимо анализировать не только текущего владельца, но и юридическую историю существенных активов.

Новый 10-летний срок не устраняет все риски, связанные с приватизацией

Федеральный закон от 10.06.2026 № 167-ФЗ дополнил статью 217 ГК РФ специальными правилами для требований, связанных с нарушением законодательства о приватизации государственного и муниципального имущества. По таким требованиям применяются общие правила исковой давности, но срок во всяком случае не может превышать 10 лет со дня нарушения права. Закон также предусматривает отказ в удовлетворении требования об истребовании приватизированного имущества, если этот предельный срок истек.

Для инвестора это существенно снижает неопределенность по приватизационным рискам, однако не означает, что актив старше 10 лет автоматически безопасен.

Во-первых, имеет значение правовая квалификация потенциального требования. Во-вторых, к требованиям, основанным на иных правовых механизмах, могут применяться другие правила.

Например, риски могут быть связаны с антикоррупционным законодательством либо со специальным регулированием иностранных инвестиций и контроля над стратегическими предприятиями.

Поэтому при наличии у актива приватизационной истории важно установить:

• когда и на каком основании имущество выбыло из публичной собственности;

• были ли соблюдены требования законодательства о приватизации;

• когда возникло потенциальное нарушение;

• применим ли к нему предельный 10-летний срок;

• имеются ли обстоятельства, способные повлечь претензии государства по другим основаниям.

Таким образом, 10-летний срок — важный элемент оценки приватизационного риска, но не универсальный критерий безопасности актива.

Антикоррупционный риск: история происхождения актива может иметь значение спустя годы

Особого внимания требуют ситуации, в которых происхождение имущества потенциально связано с нарушением антикоррупционных требований.

В тематическом обзоре № 14/2026 Верховный Суд РФ систематизировал практику по делам об обращении в доход государства имущества, приобретенного в результате нарушения антикоррупционных требований и запретов. Суд указал, в частности, что последующая реализация, преобразование или приумножение такого имущества сами по себе не исключают возможности применения мер по его обращению в доход государства.

Аналогичный подход ранее отражался и в судебной практике: под риском могут находиться не только первоначально приобретенные активы, но и имущество или доходы, возникшие в результате их последующей реализации или преобразования.

Для покупателя это означает, что проверка должна учитывать происхождение существенных активов, особенно если в их истории присутствуют признаки коррупционного риска.

В зависимости от обстоятельств необходимо установить:

• кто первоначально приобрел актив;

• за счет каких средств он был приобретен;

• имел ли первоначальный собственник статус публичного должностного лица либо был связан с такими лицами;

• не являлось ли имущество результатом нарушения антикоррупционных требований;

• не были ли впоследствии за счет такого имущества или доходов от него приобретены другие активы.

При этом формальный возраст актива сам по себе не должен быть единственным критерием оценки. Глубина проверки определяется прежде всего характером выявленного риска и возможной правовой квалификацией требований государства.

Иностранный контроль и специальные ограничения

Отдельный блок рисков связан с иностранным участием и установлением контроля над стратегическими предприятиями.

Верховный Суд РФ в обзоре № 8/2026 обобщил практику применения законодательства о специальных экономических мерах, направленных на защиту национальных интересов России.

В подобных ситуациях значение имеет не только формальное владение акциями или долями, но и фактическая структура контроля. В судебной практике рассматриваются, в частности, ситуации, когда иностранное лицо получает возможность определять решения стратегического общества прямо или косвенно.

Поэтому в периметр DD целесообразно включать существенные сделки, в результате которых иностранный инвестор мог получить права или контроль над предприятием или активами, в том числе косвенный.

Необходимо проверить:

• являлось ли общество стратегическим на момент совершения сделки;

• существовали ли ограничения на приобретение соответствующих акций или долей;

• требовалось ли предварительное согласование сделки;

• кто фактически контролировал приобретателя;

• соблюдались ли специальные требования законодательства об иностранных инвестициях;

• не действовали ли в соответствующий период специальные экономические меры или ограничения.

При этом важно установить не только сам факт возможного нарушения, но и его правовую квалификацию. От нее могут зависеть последствия для сделки, возможность применения реституции и сроки исковой давности.

Отдельный риск возникает при совершении сделок с лицами из недружественных государств с нарушением специальных требований, установленных указами Президента РФ. В зависимости от конкретных обстоятельств такие сделки могут быть оспорены, а их последствия — устранены в судебном порядке.

Для покупателя это означает риск не только потери актива, но и возникновения проблем с возвратом денежных средств первоначальному продавцу.

Можно ли переложить риск на продавца?

Договорные механизмы не могут лишить государство права предъявить требования к активу или препятствовать его обращению в доход государства.

Однако договор с продавцом позволяет снизить экономические последствия такого риска для покупателя.

В зависимости от структуры сделки могут использоваться:

• заверения продавца об обстоятельствах приобретения и происхождении активов;

• обязательства по возмещению потерь;

• удержание части покупной цены;

• отложенный платеж;

• escrow-механизмы;

• специальные условия о возмещении убытков при предъявлении требований третьих лиц;

• дополнительные основания для отказа от сделки или корректировки цены.

При этом договорная защита не заменяет юридическую оценку самого риска.

Если вероятность последующего изъятия оценивается как существенная, покупателю необходимо рассмотреть структурные решения: исключить проблемный актив из периметра сделки, выделить его в отдельную структуру, изменить порядок перехода прав, отложить приобретение либо отказаться от сделки.

Что меняется в стратегии due diligence

Новый подход не означает, что при покупке любого бизнеса необходимо восстанавливать полную историю каждого актива с момента его появления.

Но исторические риски больше нельзя автоматически исключать из DD только потому, что текущий собственник приобрел актив по рыночной цене и лично не участвовал в возможном нарушении.

Особое внимание следует уделять активам, которые:

• были приватизированы;

• имеют стратегический статус;

• связаны с иностранным участием или контролем;

• несколько раз меняли собственников;

• были существенно преобразованы или реорганизованы;

• имеют связь с государственным имуществом;

• приобретались лицами, в отношении которых существуют признаки антикоррупционного риска;

• являлись предметом предыдущих претензий или судебных споров государства.

Наиболее сложные ситуации возникают, когда одновременно присутствует несколько факторов: спорное выбытие государственного имущества, иностранный контроль, предыдущие требования государства, связь с публичными должностными лицами, признаки коррупционного происхождения активов или незавершенные судебные процессы.

В таких случаях стандартной проверки текущего собственника недостаточно. Необходимо выстроить цепочку происхождения и перехода ключевых активов, определить возможные основания для требований государства и отдельно оценить применимые сроки исковой давности.

Риск последующего изъятия активов постепенно становится самостоятельным элементом инвестиционного DD.

Для покупателя важно ответить не только на вопрос «кому принадлежит актив сейчас?», но и на три дополнительных вопроса:

1. Как актив первоначально оказался в частной собственности?

2. Какие юридически значимые события происходили с ним после этого?

3. Может ли государство предъявить требования к активу сегодня и на каком основании?

Именно такая проверка позволяет перейти от формального анализа титула к оценке реальной устойчивости права собственности на приобретаемый бизнес.

При выявлении риска уже на этапе DD покупатель получает возможность принять решение до закрытия сделки: скорректировать цену, изменить структуру приобретения, предусмотреть дополнительные механизмы защиты или исключить проблемный актив из сделки.